Петр Иванович Савицкий — профессор, доктор юридических наук


Петр Иванович Савицкий — профессор, доктор юридических наук
8 Августа 2006
Петр Иванович, где вы родились, и как проходило детство?

— Я родился в крестьянской семье, где было пятеро детей, в небольшой деревне Кузнецово Монастырщинского района Смоленской области. Деревня стоит далеко от больших дорог, в четырех-пяти километрах от большака, ведущего на Смоленск. Три года с июля 1941-го до сентября 1943-го года мы находились на оккупированной территории. Я до сих пор бываю на Смоленщине, с большим уважением отношусь к этому городу, участнику великой русской истории. Он стоял на пути поляков в Смутное время, на пути Наполеона, немецко-фашистских захватчиков, и пережил в своей жизни много разрушений, но затем вновь возрождался, не случайно на гербе «города-щита» изображена пушка и сидящая на ней птица Феникс.

После освобождения, как все деревенские дети, босиком, мы пошли в первый класс за три километра от нашей деревни в Казанскую начальную школу. Здесь в одном помещении учились первый и третий классы, в другом — второй и четвертый. Таким образом, я окончил два класса и не очень задумывался о будущем. В крестьянской семье каким-то образом все предопределялось.

Так получилось, что мой старший брат Василий Иванович, 1920 года рождения, участник Великой Отечественной войны, еще до войны окончил Соболевское педагогическое училище и был направлен на работу в Дагестан. Потом его призвали в армию и направили в Осиповское пехотное училище. В начале войны он уже был в действующей армии, воевал, был ранен.

После лечения в госпитале его направили в Орловское суворовское училище командиром роты. Училище называлось Орловским, но размещалось в Ельце, так как Орел был во время боев разрушен. Свою роль в определении места службы сыграло его педагогическое образование и офицерское звание. Когда он приехал в отпуск на малую родину, в деревню, он предложил мне позаниматься, чтобы потом поступить в училище.

Мама и сестра, проживающие тогда в деревне, с крестьянской настороженностью отнеслись к предстоящему расставанию, понимая, что останутся одни, но и осознавали то, что я могу получить необходимое образование.

Средний брат Иван Иванович, рождения 1927 года, тоже был участником войны. Год был не призывным, но по известному постановлению советского правительства лиц, проживавших на оккупированной врагом территории, призывали в Красную Армию с 17 лет. Так он стал фронтовиком.

Еще один брат Сергей Иванович, 1927 года рождения, тоже был призван в армию после освобождения Смоленщины. В боевых действиях он не участвовал, но служил во флоте семь лет. К сожалению, этот брат умер три года назад.

Отец мой Иван Михайлович, был мобилизован в самом начале войны и пропал без вести. Старший брат искал место гибели отца, сведения о нем в архивах, но не нашел.

Когда брат приехал, мы позанимались, меня приняли в суворовское училище в Ельце в 1946 году. Это был последний Елецкий набор. Год мы проучились в Ельце и в 1947 году училище перевели в Свердловск и разместили в нынешнем здании суворовского училища. Так, десятилетним ребенком я начал жизнь военного.

Петр Иванович, чем отличалась учеба в суворовском училище от обычной школы?

В нашем отделении были ребятишки или круглые сироты, или одна мать, редко оба родителя. Отношение к нам воспитателей и преподавателей-фронтовиков было особым. С одной стороны, относились как к детям, но с другой — проявлялась разумная требовательность, ибо из нас готовили будущих офицеров. Они постоянно проявляли удивительную человеческую заботу о нас, и мы остаемся всегда благодарными за то, что они научили нас уму-разуму, вывели на большой жизненный путь.

Мы встречались с такими замечательными людьми, как артист Дормидонт Михайлов, чемпионка мира по конькобежному спорту Мария Исакова, народный артист СССР Николай Крючков. В училище бывал маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков. Я видел его два раза. Он был немногословным, задумчивым, загадочным. Меня всегда удивляет, когда начинают писать подробности о встречах с Жуковым. Если на встречах он сказал десяток слов, это хорошо, а пишут целые книги воспоминаний. Все в подробностях и в деталях. Мы, дети, на него смотрели как на памятник. А офицеры и генералы просто цепенели от страха…

Я окончил училище с серебряной медалью, был вице-сержантом и вице-старшиной роты, знаменосцем.

Ребята из нашего выпуска немало сделали для обеспечения безопасности страны. Служили на Кубе, в Юго-Восточной Азии, в Латинской Америке, на Африканском континенте, выполняя свой воинский долг. Известно, что среди выпускников училища много генералов, крупных специалистов различных отраслей производства, просто замечательных тружеников, которые тянули армейскую лямку в отдаленных гарнизонах страны.

К выпуску 1954 года нас подошло четыре взвода, но наша судьба была предрешена заранее. На базу суворовского училища перевели из Перми пехотное училище, образовав Свердловское суворовское офицерское училище. Это эксперимент министра обороны СССР Георгия Константиновича Жукова. Он тоже проводил реформы в армии и эту идею вынашивал, когда еще командовал Уральским военным округом.

За редким исключением, мы оказались курсантами этого училища, не выходя из здания. Только поменяли форму одежды и приняли присягу. Пребывание в стенах родного училища продолжилось еще три года, и завершилось присвоением звания «лейтенант», после чего мы разъехались на службу в различные округа и группы войск.

Как складывалась ваша жизнь после окончания военной карьеры?

Военной карьеры у меня не получилось, в связи с трагическими обстоятельствами. Эти мрачные годы, казавшиеся крушением всех моих надежд, планов, перспектив, я стараюсь не вспоминать, чтобы не бередить душу.

По состоянию здоровья я был уволен из армии в 1959 году и в том же году стал студентом Свердловского юридического института. Пришел в хороший коллектив. Выпускников школ в то время на очную форму обучения в этот институт не принимали, были ребята, отслужившие три-пять лет в Вооруженных Силах, лица, имевшие стаж работы не менее двух лет. Среди студентов были и участники Великой Отечественной войны. Короче говоря, взрослые ребята. Девушек было мало, по четыре-пять в группе. Островок нежности и обаяния в море тертых жизнью мужиков.

Я сейчас очень сожалею, что ныне в юриспруденцию идут все кому не лень, начиная с 16 лет. Это особая профессия, требующая индивидуального подхода, точного выбора и безукоризненной честности и порядочности. К сожалению, сейчас подход к этому несколько иной. Как в торговый или кулинарный институт…

Я окончил институт в 1963 году без единой четверки, получив диплом с отличием. Мне очень помогли те знания, которые давали в суворовском училище. Институтские преподаватели отмечали этот уровень на занятиях по истории, при изучении государства и права, права зарубежных стран, логики и других предметов. Я даже как-то нарисовал схему боевых действий во время Гражданской войны в США между Севером и Югом. Профессор был несказанно удивлен и спросил — откуда мне это известно? Я ответил, что все это в подробностях, включая расположение войск, время наступления по минутам, вооружение северян и южан, имена командиров, потери в живой силе. Я изучал этот период в суворовском училище на истории военного искусства.

Перед окончанием института мне предлагали пойти на партийную работу, но я отказался не потому, что не разделял взглядов партии, как иногда принято говорить задним числом. В партию я вступил в 1956 году кандидатом, в 1957 – стал членом КПСС, когда мне, кроме должности командира пехотного взвода, ничего не светило. Ни о какой партийной карьере не было и речи. Партбилет я не выбросил, ни в какую партию больше не вступал. В то время я выполнял свой долг, как все советские люди.

Я хотел продолжить учебу в институте, так как меня привлекала педагогическая работа. Я видел пример своих преподавателей в суворовском училище и в юридическом институте. Очень хотелось быть похожим на них. Руководство института предложило подумать об аспирантуре.

В ректорате мне предложили учебу в аспирантуре. Я сам хотел учиться, мне нравилась педагогическая работа. Я видел прекрасный пример моих преподавателей в суворовском училище и очень хотел быть похожим на них.

В то время очень известный профессор, ученый и прекрасный, высококвалифицированный преподаватель, тогда еще доцент, Борис Абрамович Стародубский (ставший потом доктором юридических наук) предложил поступить к нему в аспирантуру по специальности «Государственное право буржуазных стран» на кафедре иностранного государственного и международного права.

С чем был связан выбор столь необычной специальности? Середина шестидесятых годов, железный занавес, поездки за границу строго регламентированы…

— Выбор специальности был связан еще и с тем, что я прилично знал французский язык. Это опять же наследие суворовского училища. Члены кафедры в то время вели преподавание международного, государственного права стран народной демократии (впоследствии получившего название «Государственное право зарубежных социалистических стран») и государственное права буржуазных стран, что требовало от каждого знания иностранного языка. На нашей кафедре все преподаватели прилично владеют иностранным языком: немецким, французским, английским, польским.

На кафедре сложился интересный творческий коллектив. В то время ее возглавлял доцент Вениамин Евгеньевич Чиркин, ныне доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ, главный научный сотрудник Института государства и права РАН, фронтовик.

На кафедре по совместительству работал ректор Дмитрий Демьянович Остапенко. Впоследствии доктор юридических наук, заслуженный юрист России.

Доцент Геннадий Владимирович Игнатенко до сих пор успешно продолжает научно-педагогическую деятельность. Ныне он заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор. Руководил кафедрой с 1971 года, много сделал для ее становления и развития. С ним мы до сих пор работаем, я сменил его на этом посту.

Я был первым аспирантом Б.А. Стародубского. Эрудированный ученый и высококвалифицированный педагог, хорошо владевший иностранными языками. Он был из числа тех научных руководителей, которые умеют направлять работу своих аспирантов по подготовке кандидатской диссертации, проявляя при этом разумную требовательность и деликатность. Он считался с мнением своих учеников, умело готовил будущих ученых и преподавателей вузов. Впоследствии он оказал большую помощь и при подготовке мною докторской диссертации.

После защиты кандидатской диссертации я был приглашен на преподавательскую работу на этой кафедре. В 1968 году ректор предложил мне стать деканом очного факультета. На этом посту я сменил Юрия Ивановича Шутова, прекрасного человека, умелого руководителя, многому я научился у него. Работал деканом до 1971 года. В этот период начался понемногу обмен стажерами с зарубежными странами. В том же году прошел отборочную региональную комиссию в Новосибирске, где проверяли знание иностранного языка, страноведение и умение ориентироваться в событиях за рубежом. Комиссия рекомендовала меня на стажировку во Францию, на десять месяцев в Институт политических наук в Париже.

Во Франции работал плодотворно, встречался с известными учеными в области государственного и административного права, слушал лекции, совершал поездки по стране. Посетил юридические вузы в Страсбурге, Гренобле, Ницце. Довелось побывать на заседаниях палат парламента Франции. На основе материалов, полученных в ходе стажировки, подготовил докторскую диссертацию на тему: «Правительственный аппарат Пятой Республики во Франции», которую защитил на заседании специализированного совета в Ленинградском государственном университете.

В то время в нашем институте не было такого совета. Сейчас у нас три совета по защите докторских диссертаций. Ранее кандидатскую диссертацию защищал по теме «Государственный строй Бельгии». Очевидно, я закончу свою научную карьеру исследованием государственно-правовых институтов в этой стране. В Бельгии прошла реформа государственного устройства, она стала федерацией, я опубликовал по этой проблеме десяток статей, перевел новую (вернее сказать, реформированную) конституцию Бельгии на русский язык и готовлю монографию об эволюции государственного устройства Бельгии.

Через два года пребывания в докторантуре обо мне вспомнили. Ректор пригласил и предложил должность декана одного из созданных факультетов — судебно-прокурорской, следственно-криминалистической и правовой службы в народном хозяйстве. Я проработал деканом факультета до 1987 года. Пришел новый ректор. Старый, Дмитрий Демьянович Остапенко, царство ему небесное, работал ректором 33 года. Таких в стране по стажу было только три.

За этот период небольшой институт превратился в один из крупнейших юридических вузов страны, известный далеко за ее пределами.

При новом ректоре Минвузом РСФСР, в сентябре 1987 года, была утверждена должность проректора по научной работе, а называлась она – первый проректор, проректор по учебной работе. Мне было предложено занять эту должность. Здесь я работал до сентября 2001 года — 14 лет. Академия за это время выросла количественно и качественно. Заслуга в этом не только ректората, но всего коллектива.

В 2001 году мне исполнилось 65 лет. По положению проректор должен уйти с этой должности. В любом случае, я бы не остался, так как помимо этого заведовал еще кафедрой. На двух лошадях ехать тяжело. В то время в академии, тогда еще институте, бытовала поговорка: «в стране власть советская, а в институте власть Савицкого». Я тащил слишком большой воз. Поэтому остался заведующим кафедрой. Руководителем академии был избран новый ректор профессор Виктор Дмитриевич Перевалов, работавший до этого проректором по научной работе.

Оставив должность проректора, я полностью сосредоточился на работе заведующего кафедрой.

Что касается вуза, то, будучи и деканом, и проректором, я все отдавал работе. Проректор по учебной работе, а особенно декан факультета всегда со студентами. Организация учебного процесса и воспитательная работа требовали много времени и сил, но школа, полученная в суворовском училище, пример своих учителей и воспитателей всегда помогали мне в многообразной вузовской деятельности.

Какие яркие воспоминания остались от зарубежных поездок, и что было перенесено в лекционные курсы?

Мы с коллегами посетили Европейский суд по правам человека, одновременно побывали в Совете Европы. Состоялись полезные встречи, обмен мнениями, работа с документами. В то время там от России членом Европейского суда по правам человека был профессор Владимир Александрович Туманов, в свое время председатель Конституционного суда Российской Федерации, с которым также состоялась встреча и обмен мнениями по вопросам, связанным с правами человека.

Интересной была поездка в составе делегации ученых и специалистов города Екатеринбурга в Брюссель, где мы встречались с представителями политического и военного руководства (офицерами и генералами) НАТО (чего ранее я даже не мог представить), с которыми обсуждали проблемы, касающиеся контактов и взаимоотношений между Россией и НАТО. Два дня работали в политической, потом в военной организации НАТО, затем в самом штабе. Я говорил с французским генералом на его родном языке практически без акцента. Он это отметил.

Но самая неожиданная и приятная встреча произошла в городе Монсе, где мы встретились с нашими офицерами, прикомандированными к этой организации Министерство обороны России.

Сейчас в академии я читаю курс лекций по конституционному праву зарубежных стран. Веду все другие виды занятий: лекции, семинары, принимаю экзамены. Вхожу в состав авторского коллектива. Что касается научной работы, занимаюсь проблематикой зарубежных стран. Особенно, как уже говорил, занимают две франкоязычные страны: Франция и Бельгия. В основном все работы посвящены этим странам. В последнее время подготовил две статьи по проблемам международного права. В планах подготовка работы по конституции Европейского Союза.

У нас в академии, кстати сказать, находится информационный центр Совета Европы в Уральском регионе. Таких в России всего три. Его возглавляет кандидат юридических наук, доцент нашей кафедры, специалист в области международного права Лев Александрович Лазутин, в прошлом офицер, полковник.

Суворовская закалка сопровождает меня всю жизнь. Со своей супругой Людмилой Константиновной я познакомился в 1951 году, будучи суворовцем. За команду училища на приз газеты «Уральский рабочий» на женских этапах выступали приглашенные девушки, но она не спортсменка, пришла поболеть с подружкой. Я, будучи помощником дежурного, расписался в пропуске, а она расшифровала мою фамилию. В 1959 году мы поженились.

Во время учебы было нелегко, я учился, жена работала. Жили с родителями. Когда я окончил институт, она поступила учиться в Уральский государственный университет на вечерний филологический факультет по специальности история искусства. Людмила Константиновна прекрасный специалист, эрудированная, грамотная, хороший филолог, прекрасно знает литературу, искусство, прекрасно читает стихи. Двадцать лет работала заведующей отделом советского искусства в Свердловской картинной галерее. После выхода на пенсию работает в академии, читает лекции по западноевропейскому и русскому искусству. Она много ездила в зарубежные страны, посетила крупнейшие музеи Европы. Ходила не по магазинам, а по картинным галереям и музеям. Кроме того, она ведет занятия по культурологии в нашей академии. Она требовательна не только к студентам, но и к мужу. Удивительно заботливый человек. Прекрасная хозяйка. Гости с удовольствием едят приготовленные ей закуски, борщи и стряпню.

Моя жизнь включает два основных периода, связанных с двумя родными для меня учебными заведениями: Свердловским суворовским училищем — 1946-1954 годы, и Свердловским юридическим институтом, ныне Уральской государственной юридической академией, с 1959 года и по настоящее время.