Виктор Рыльский:Люди, пришедшие в Харбин, составили духовную эмиграцию


Виктор Рыльский:Люди, пришедшие в Харбин, составили духовную эмиграцию
11 Января 2007
Главный редактор издания «Адвокатская ведомость.Ru», член Союза российских писателей Виктор Рыльский много лет изучает историю «русского Харбина». Читателям Дальнего Востока, где он жил и работал, известны его повести «Поездка в Япули», «Сделка». Документальный фильм «Прощание с русским Харбином» в 2002 году удостоен премии губернатора Амурской области. В 2005 году его рассказы и повести, тематически связанные с Китаем, были опубликованы в трех номерах журнала «Урал».

В его произведениях встречаются неожиданные оценки причин появления на китайской земле подданных Российской империи, трагических последствиях этого явления. Но люди, пришедшие на эту землю и честно выполнившие свой долг ни в чем не виноваты. И потому рефреном звучат слова старинного танго «Скажите, почему?».

«Люди, пришедшие в Харбин, составили духовную эмиграцию. Они несли с собой чистоту православной веры, обычаи и культуру России. Для многих из них движение времени остановилось. Они ушли туда, где река жизни впадает в океан неизвестности. Движется только память, хранимая нами о тех людях, их прошлых делах и подвигах. Могилы этих русских патриотов по всем странам мира.

Я иду по улицам родного города. Вечер. Зима. Под ногами хрустит снег. Он медленно падает, и, кажется, что так было всегда. В окнах горит свет и создает чувство близости со всем давно ушедшим. Слышится танго наших дедушек и бабушек: «Скажите, почему нас с вами разлучили, зачем навек ушли вы от меня»? Скажите, почему мы, харбинцы, разбросаны по всему свету и почему мы любим Харбин, пишем о нем, сочиняем стихи и песни, и часто во сне ходим по его улицам. Скажите, почему? Почему старый человек, сидящий в кресле у себя дома в Сиднее или в доме престарелых в Сан-Паулу, при слове Харбин вздрагивает и в его глазах начинает светиться молодость, лицо озаряет улыбка, будто Харбин, это эликсир жизни. Почему мы несем в своих сердцах через всю жизнь вечный вопросительный знак?»

Неизвестный Харбин

Китай стал одним из первых внешнеэкономических партнеров Свердловской области, когда в 1991 году регион был открыт для посещения иностранных граждан. Сегодня Свердловская область берет курс не просто на расширение товарооборота, который составил в этом году 480 миллионов долларов, но и на установление прямых кооперационных связей между предприятиями, участие в крупных инвестиционных проектах, создание многопрофильных совместных предприятий, развитие контактов в сфере культуры, науки, образования, здравоохранения.

Но Китай уральцы открыли гораздо раньше. История этих отношений носила подчас драматический характер. Немало уральских специалистов отправилось в конце ХIХ века на сооружение КВЖД, участвовали в русско-японской войне. Полковник Антон Иванович Деникин командовал в 1904 году штабом Урало-Забайкальской казачьей дивизии в Маньчжурии. Тысячи уральцев, не принявших советскую власть, эмигрировали в Китай.

В Харбине, в левой от входа части Успенского кладбища похоронены только священники. В 1926 году здесь был погребен отец Иоанн Сторожев, который отслужил последнюю службу царской семье в Екатеринбурге. Это было 14 июля 1918 года, а 17 июля Николая II и его семью казнили. Отец Иоанн бежал в Харбин, служил здесь в Софийской церкви и в 1926 году умер. Все жители Харбина знали, что он был последним священником, который совершил эту службу.

Китайские власти во время официальных встреч стараются не упоминать о русском следе в истории Китая. Поэтому в годы культурной революции снесены с лица земли 23 из 26 православных храма в Харбине. А оставшийся и отреставрированный храм святой Софии стал неофициальным символом города. Стоит действующая Свято-Покровская церковь. Сохранились остатки Иверской или военной церкви, в которой отпевали погибших в русско-японской войне солдат и офицеров. Переименованы улицы, на месте Успенского кладбища, на котором покоятся более 80 тысяч россиян, построен парк культуры. Часть останков перенесена в пригород Харбина.

Русское кладбище в харбинском пригороде — местечке Хуаншан, что в переводе с китайского означает Желтые горы. Здесь похоронены наши соотечественники. Они приехали в Китай в силу различных причин, многие родились здесь и умерли.

Читаю надпись на одном из памятников: «Михаил Михайлович Мятов. Родился 5 ноября 1912 года, скончался 27 июля 2000 года».

С Михаилом Михайловичем, главой русской диаспоры в Харбине, мы познакомились в 1997 году. Семилетним ребенком в 1919-м он вместе с отцом, матерью и пятью братьями он приехал сюда из Самары. Путь их лежал вначале в Сибирь, куда глава большого семейства самарский купец Михаил Мятов бежал от гражданской войны, когда город переходил из рук в руки, и его нажитые трудом капиталы разграбили. Надо было спасти семью. Война догнала их и в Сибири. Тогда двинулись в Забайкалье. Оттуда до станции Маньчжурия и по КВЖД в Харбин.

Из этого города младший Мятов уезжал учиться в Европу, в бельгийский город Льеж. Вернулся оттуда, выучив три языка, получил специальность менеджера и стал работать в русско-датской компании по производству парфюмерных изделий.

Михаил Михайлович, в отличие от своих братьев, пережил оккупацию Маньчжурии Японией, приход советской армии в 1945 году, «культурную революцию» в Китае. Почему — в отличие? Потому что те сразу же по прибытии в Харбин стали думать, какую страну выбрать для постоянного места жительства, и вскоре уехали в Австралию и США. Из всего большого семейства Мятовых только Михаил Михайлович остался до конца в этом городе, хотя завершить свой жизненный путь хотел в одном из мужских монастырей на Аляске. У него было приглашение, но поездке помешали болезнь и преклонный возраст.

Мятов — из числа тех представителей русской интеллигенции, с уходом которых остро ощущаешь, каких людей потеряла Россия.

Он никогда не был в России советской и новой, хотя всю жизнь оставался ее гражданином. Российское гражданство не давало ему право на пенсию от китайских властей, а российским властям не было дела до какого-то старика, бережно сохранявшего подданство, а с падением Российской империи — гражданство СССР и России.

Предложения посетить историческую родину поступали от частных лиц, но из-за опасения, что после пересечения китайско-российской границы его лишат права вернуться в Китай, это предприятие казалось рискованным. Кроме того, он не знал современной России и боялся разочароваться. В 1997 году он и другой россиянин Владимир Зинченко, встречались в Харбине с президентом России Борисом Ельциным во время его визита в Китай. Скромные люди, они ни о чем его не просили, а только поблагодарили за то, что в России восстанавливается православная вера, и начали строиться храмы.

Рядом с Михаилом Михайловичем похоронен Владимир Алексеевич Зинченко. Умер 7 мая 2002 года. Родился в 1936 году в Харбине. Он — из поколения рожденных в этом городе. Сын рядового армии Колчака и беженки из Приморья. Будущая мать Владимира Алексеевича, семнадцатилетняя девчонка пошла за своим раненым братом с отступающими войсками белых, прошла с обозом Приморье, Корею и оказалась в Харбине. Отец Владимира Алексеевича, родом с Урала, с остатками разбитой армии Колчака участвовал в знаменитом Ледовом походе через Байкал и пришел в Харбин. Отец умер в мае 1944 года, не дожив до прихода Красной армии, иначе был бы этапирован в СССР, а там бы получил 25 лет лагерей или был бы расстрелян, как это случилось с каждым третьим русским жителем Харбина. Сын тоже ни разу не побывал в России.

Всего два имени. Между тем сотни могил перенесены сюда в 1957 году с территории большого русского кладбища, на котором были похоронены десятки тысяч россиян. Кладбище оказалось, как это бывает, в центре города. Строить что-то на его месте китайские власти не решились, но сделали на его территории парк культуры и отдыха. В Китае начиналась «культурная революция», и русский след надо было стирать из облика города, из названий улиц и площадей, из архитектуры города.

Останки родных и близких могли перенести или очень состоятельные люди из числа русских, или родственники, рожденные от смешанных браков. Но русские мужчины не имели обыкновения жениться на китаянках, предпочитая видеть их в числе прислуги. А русские женщины, вышедшие замуж за китайцев, в тот период старались не выпячивать свою русскость. Это было опасно, к тому большая часть россиян выехала из Харбина до начала «культурной революции», то и об останках особенно заботиться было некому.

Но ведь лежат, лежат здесь, под могильными плитами с уже стершимися именами свидетели былой славы Российской империи, когда территория, именуемая Маньчжурией, уже имела незатейливое русское название Желтороссия, свидетели величайшей авантюры министра финансов, а затем председателя кабинета министров Сергея Юльевича Витте со строительством Китайско-Восточной железной дороги. Он нашел в российской казне 500 миллионов рублей свободной наличности, (огромная по тем временам сумма), на сооружение магистрали, не имеющей аналогов в скорости строительства и смелости инженерных решений.

А для того, чтобы у западных партнеров России — Великобритании и Франции — не возникло подозрений в ее экспансионистских намерениях, в летние дни 1896 года на торжествах по случаю коронации нового российского императора Николая II был подписан договор со специальным послом Китая Ли Хунчжаном о строительстве КВЖД, а чуть ранее союзный договор в связи с нападением Японии на Китай и отторжением части его территории. Мы были союзниками с Китаем. А для охраны еще не существующей дороги в тот же год отправился через океан, на расстояние в пятьсот верст от Харбина, пятидесятитысячный русский армейский корпус, чтобы стать заслоном от японцев на незамерзающем Желтом море в основанном русскими городе- крепости Порт-Артуре и порту Дальнем.

В октябре 2003 года я со своими коллегами и китайскими друзьями бродил по ночному Даляну, и неожиданно мы открыли площадь, окруженную зданиями, построенными в конце ХIХ — начале ХХ вв. На бронзовых таблицах по-русски было написано, что эти здания охраняются государством, и площадь раньше носила имя Николая II.

А вокруг этих зданий прочерчивали небо тридцати — сорокаэтажные великаны нового Китая. Современные дорожные развязки, дорогие автомобили, рестораны и магазины, модно одетые люди, множество закусочных, частных торговцев, готовящих блюда прямо на улице, смешение языков и наречий. Все свидетельствовало об особом колорите этого приморского города-порта, где нашли свое место в свободной экономической зоне японцы, канадцы, американцы, шведы, финны, и только изредка можно было услышать русскую речь.

Здесь, на Ляодунском полуострове, с трех сторон омываемом Желтым морем, в 1904 году держали оборону русские солдаты и матросы.

На русском кладбище в Харбине сохранился памятник командиру и экипажу миноносца «Решительный». Капитан второго ранга князь Александр Александрович Корнильев и его герои погибли при обороне крепости Порт-Артур. Их тела были доставлены в Харбин по КВЖД. Похороны состоялись на кладбище в центре города. Четырехгранную стелу венчал двуглавый орел — символ Российской Империи. С приходом в 1945 году советской армии командование решило навести порядок в таком деликатном деле. С памятника морякам был сбит орел и водружена красная звезда, а для придания большей убедительности в нерушимости советской власти стелу украсили гербом Советского Союза, неким подобием кладбищенского венка. С такими символами останки моряков были перенесены на новое кладбище в район Хуаншан. Только в 2003 году памятнику вновь возвращен первоначальный облик.

Где-то здесь, не обозначенный даже холмиком, лежал прах генерал-лейтенанта Владимира Оскаровича Каппеля. Один из талантливейших царских генералов, получил это звание в тридцать лет. Его, умершего от ран в Сибири, солдаты везли до самого Харбина. Командующий Восточным фронтом уводил остатки трехсоттысячной Белой армии от полного разгрома. Между тем, Каппеля с последней надеждой на успех белого движения ждал в Иркутске уже плененный и преданный всеми адмирал, покоритель Арктики, верховный правитель России Александр Васильевич Колчак. Он тоже бывал в Харбине при формировании своей армии в 1918 году.

Растворился вместе с армией в пустыне Гоби стремившийся в Тибет сумасшедший полководец, великий мистификатор, потомок тевтонских рыцарей барон Унгерн фон Штернберг. Нашел убежище в Харбине любимец казаков атаман Григорий Семенов. Победила другая сторона. Все было кончено.

Генерала Каппеля с воинскими почестями похоронили под стенами церкви Иверской Божьей Матери. И здесь советское командование, вернее, ее политическое руководство, решило, во избежание превращения могилы в место паломничества, перезахоронить его прах в другом, менее доступном для граждан месте. Сделано это было в тайне, под покровом ночи и могила утеряна. По другой версии, китаец, которому было поручено перезахоронение, докопался до гроба генерала, положил на него православный крест, который стоял на могиле, и вновь забросал землей.

Останки генерала Владимира Каппеля будут перезахоронены 13 января 2007 года в Донском монастыре Москвы, заявил Александр Алекаев, руководитель проекта "Белые воины", которому принадлежит инициатива перезахоронения останков русского генерала. "Дата определена. Церемония перезахоронения пройдет со всеми воинскими почестями", - сказал Алекаев.

Позицию Русской православной церкви по поводу перезахоронения генерала Каппеля выразил ранее председатель синодального Отдела Московского патриархата по взаимодействию с Вооруженными силами протоиерей Димитрий Смирнов: "Генерал Владимир Каппель — одно из достояний России, человек, который проявил себя настоящим русским генералом, стратегом и героем. Все, что с ним связано, должно быть окружено почетом. В каждом народе почитают героических личностей".

"Слава Богу, он найдет свое упокоение в некрополе в Донском монастыре рядом с генералом Деникиным. Это превосходное место для георгиевского кавалера, можно сказать, подвижника белого движения", — добавил отец Димитрий.

С ним согласен кандидат исторических наук, преподаватель кафедры источниковедения исторического факультета МГУ, член Союза писателей России Дмитрий Володихин. По его словам, генерал Каппель — один из ярких представителей Белой армии, и принято правильное решение перезахоронить его останки в России. "Это был бескорыстный, отважный человек, военачальник, который входил в духовное ядро белого движения, поддерживал его в самые тяжелые моменты".

Останки генерала Каппеля были доставлены в столицу поездом Пекин-Москва в конце декабря 2006 года. Российские поисковики обнаружили место погребения генерала у стен Иверской церкви в Харбине (Китай).

Генерал Владимир Оскарович Каппель погиб во время отступления Белой армии на восток. Похоронили его в Чите, однако затем соратникам генерала пришлось перенести останки военачальника на китайскую землю. Однако здесь в середине 1950-х могильный холм сравняли с землей.

Долгое время не было известно, где именно на территории храма находится могила генерала: свидетельства очевидцев, дошедшие до наших дней, лишь приблизительно указывали на место его погребения.

Советская пропаганда упоминала Каппеля не так часто как Александра Колчака, Антона Деникина или Петра Врангеля. Известным в СССР его сделал советский кинематограф. В фильме о Чапаеве именно "каппелевцы" идут в знаменитую психическую атаку — в полный рост под барабанную дробь. Генерал считал гражданскую войну в России трагической ошибкой.

В Москве перезахоронили останки генерала Каппеля

В Донском монастыре Москвы 13 января 2007 г. перезахоронили гроб с останками генерала Белой армии Владимира Каппеля. В церемонии приняли участие около тысячи человек. Среди них представители государственной власти, казачьих и других патриотических организаций. В частности, присутствовали зампред Совета Федерации Александр Торшин и лидер ЛДПР Владимир Жириновский.

В полдень гроб с останками генерала в сопровождении роты почетного караула был перенесен из собора монастыря в некрополь обители поблизости от захороненного здесь в октябре 2005 года генерала Антона Деникина.

В Большом соборе обители панихиду совершил викарий патриарха епископ Егорьевский Марк. "Жизнь этого человека поучительна, своим дерзновением, строгостью, заботой о людях", - отметил епископ. Он напомнил, что "после кончины генерала его солдаты, спасая тело от поругания, за многие тысячи километров везли гроб военачальника, чтобы похоронить его в Харбине". "История России ХХ века изобилует трагическими событиями, разделением, враждой, братоубийством. Люди по разному понимали, в чем состояло благо России. Некоторые считали Каппеля врагом народа и отечества, но время все расставляет по своим местам - сегодня у его гроба собрались представители офицерства, государственной власти, священнослужители", - сказал епископ. Он отметил, "что перед кончиной Каппель сказал своим соратникам "не забывать о России".

Вдоль пути от собора до могилы выстроены в ряд солдаты роты почетного караула. На церемонии перезахоронения присутствуют родственники генерала, приехавшие из Сибири и с Урала. Владимир Каппель погребен между могилами Деникина и Ильина.

Владимир Оскарович Капель был одним из видных руководителей белого движения в Сибири. Первоначально возглавил отряд добровольцев в 350 человек (2 роты пехоты — 90 штыков, эскадрон конницы (45 сабель), конная Волжская батарея при 2 орудиях и 150 человек прислуги, конная разведка и хозяйственная часть), названный 1-й добровольческой дружиной и сформированный в июне 1918 в Самаре. Однако уже в сентябре 1918 возглавил Волжскую группу из трёх бригад (всего 14500 штыков, 1500 сабель, 70 орудий) — в это время служил под командованием С. Н. Войцеховского. В декабре – получил чин генерал-майора. С ноября 1919 — генерал-лейтенант. В середине ноября 1919 Каппель был назначен командующим 3-й армии, составленной в основном из пленных красноармейцев, не прошедших достаточной подготовки. Они, в большинстве, при первой возможности, переходят на сторону красных. Во время крушения власти правительства Колчака — главнокомандующий белыми войсками в Сибири (с 12 декабря 1919, после оставления белыми войсками Новониколаевска). С непрерывными боями войска Каппеля отходили вдоль железной дороги, испытывая огромные лишения в условиях 50-ти градусного мороза, совершив беспримерный 3000-ти верстный путь от Омска до Забайкалья.

22 января умирающий генерал руководил совещанием в Нижнеудинске, на котором было решено ускорить движение войск к Иркутску, взять его с ходу, освободить адмирала Колчака и отбить золотой запас, после чего установить связь с контролировавшим Забайкалье генералом Г. М. Семёновым и создать новый боевой фронт. В последние дни жизни продиктовал обращение к сибирским крестьянам, в котором, в частности, говорилось: "За нами с запада подвигаются советские войска, которые несут с собой коммунизм, комитеты бедности и гонения на веру Иисуса Христа. Где утверждается советская власть, там не будет трудовой крестьянской собственности, там в каждой деревне небольшая кучка бездельников, образовав комитеты бедноты, получит право отнимать у каждого все, что им захочется. Большевики отвергают Бога, и, заменив Божью любовь ненавистью, вы будете беспощадно истреблять друг друга".

Во время продвижения к Иркутску Каппель умер. Последними его словами были: "Пусть войска знают, что я им предан был, что я любил их и своею смертью среди них доказал это". Гроб с телом генерала Каппеля был вывезен его войсками сначала в Забайкалье, а затем, осенью 1920, в Харбин и там погребён у алтаря Иверской церкви. На могиле оставшиеся в живых каппелевцы поставили своему командиру памятник, разрушенный китайскими коммунистами лишь в 1955.
В конце минувшего года его останки были обнаружены у руин русской церкви в китайском городе Харбине.

Продолжение

На русском кладбище в Харбине лежат свидетели периода, когда железная дорога вместе с персоналом стала никому не нужной. Царская власть пала, а новой было не до КВЖД- по договору о Брестском мире большевики довели границы бывшей Российской Империи до границ Московского удельного княжества. Безвластие продолжалось до 1924 года. Неприкаянность привела к тому, что над зданием управления дороги был поднят флаг Французской Республики, который реял над территорией, принадлежавшей России, целую неделю.

Тогда в Харбин направили советских специалистов, а царских отстранили от работы, и они разъехались по разным странам. В Шанхае действовал эмиграционный центр под флагом Международного Красного Креста и можно было выбрать страну проживания. Тех же специалистов старой России, которые не захотели уезжать на чужбину, стали вывозить пачками в СССР, расстреливать и давать сроки. Некоторых судили по пять и более раз.

Потом КВЖД в знак дружеского расположения, а проще за гарантию ненападения на СССР Японии продали в 1935 году правительству Маньчжоу-Ди-Го (читай Японии). «Наше предложение явилось еще одним проявлением советского миролюбия, - заявил народный комиссар по иностранным делам СССР М.М. Литвинов. – Советский Союз хотел только одного – вернуть… стоимость дороги ее настоящим собственникам».

Полоса отчуждения, так назывался коридор Китайско-Восточной железной дороги, была своеобразным государством в государстве, в котором действовали законы, суд, администрация, железнодорожная охрана, огромный штат русских служащих, начиная с управляющего дорогой генерала Дмитрия Леонидовича Хорвата, выпускающего собственные деньги, объявленного до передачи полномочий Колчаку Верховным правителем России и кончая стрелочником.

Концессия с китайским правительством на право экстерриториальности полосы отчуждения была формально заключена от имени Русско-Азиатского Банка для Общества КВЖД, акционерного предприятия, пакет которого в одну тысячу акций находился в руках российского правительства.

Имущество КВЖД в 1903 году определялось огромной стоимостью в 375 миллионов золотых рублей. Кроме дороги Общество КВЖД владело 20 пароходами, пристанями, речным имуществом: его тихоокеанская флотилия определялась стоимостью в 11,5 миллионов рублей. У КВЖД был свой телеграф, больницы, библиотеки, железнодорожные собрания

Однако переговоры относительно продажи КВЖД, начавшиеся в мае 1933 года в Токио при участии Японии в качестве посредника, скоро зашли в тупик. Япония, которая не содействовала их успешному исходу, предложила крайне незначительную выкупную сумму за дорогу – 50 миллионов иен (20 миллионов золотых рублей)

Советская делегация вначале предложила Японии приобрести в собственность КВЖД за 250 миллионов золотых рублей, что по курсу равнялось 625 миллионам иен, затем снизила цену до 200 миллионов рублей и заняла выжидательную позицию. Не торопились и японцы. Но, когда у невозмутимых самураев лопнуло терпение, они произвели аресты на КВЖД среди ответственных советских служащих и бросили их в тюрьму. Советская делегация заявила протест, прекратила переговоры о продаже дороги и собрала чемоданы.

В феврале следующего года переговоры продолжились. Советская сторона вновь пошла на уступки и вместо первоначальной суммы предложила меньше трети – 67,5 миллионов рублей (200 миллионов иен). Причем согласилась получить половину деньгами, а половину товарами. Япония это предложение обошла молчанием и продолжала вводить на КВЖД свои порядки, зная, что дорога практически уже в ее руках. Советское правительство снизило сумму до 140 миллионов иен и предложило Японии уплатить одну треть деньгами, а остальное товарами.

Через полтора года после первого советского предложения Япония, наконец, согласилась приобрести КВЖД за 140 миллионов иен, не считая 30 миллионов иен на выплату компенсаций уволенным служащим КВЖД.

Советское правительство, не принимавшее никакого участия в строительстве дороги, промотало ее буквально за копейки, считая, что получило большой политический выигрыш.

Более десяти лет на КВЖД фактически хозяйничали японцы, хотя формально дорога находилась под управления правительства императора Пу И.

В 1945 после разгрома Японии КВЖД была возвращена СССР. А через семь лет безвозмездно, со всеми постройками, коммуникациями, зданиями и сооружениями дорогу передали народному правительству Китая. Согласно же договора 1903 года о владении Россией КВЖД на правах концессии сроком на 80 лет, передача должна была состояться в 1983 году. Это должно было стать таким же торжеством, как передача Китаю Гонконга Великобританией в 1998 году. Праздника не получилось.

Инженер, расстегнут ворот.
Фляга, карабин.
Здесь построим новый город,
Назовем Харбин.

Так начинается стихотворение лучшего поэта дальневосточной эмиграции в Харбине Арсения Несмелова (Митропольского). Прообразом инженера-изыскателя стал Адам Шидловский. Инженер с мировым так грамотно спланировал город, что он, став шестимиллионным (с пригородом восемь миллионов), продолжает развиваться по его плану. Все новые кварталы и микрорайоны вписываются в проект старого Харбина, рассчитанный на сотни лет.

Здесь работал на строительстве КВЖД будущий министр путей сообщения князь Михаил Хилков. В качестве чернорабочего он строил железные дороги в Америке. А В Китае его инженерная мысль достигла непревзойденных в мире высот. Взять его знаменитое изобретение на Большом Хингане, где торможение состава и гашение скорости происходит за счет прохождения его по тройной петле.

В планах Хилкова было продолжение строительства Транссибирской магистрали через Берингов пролив на Аляску.

Завершается стихотворение Арсения Несмелова печально и удивительно прозорливо:

Милый город, горд и строен,
Будет день такой,
Что не скажут, что построен
Русской ты рукой…

Простим автору несовершенство рифмы «строен - построен». Офицер царской, а затем Белой армии был арестован в 1945 году СМЕРШем и погиб в пересыльной тюрьме Гродеково.