От тюрьмы и сумы не зарекаются ни в России, ни в Китае


От тюрьмы и сумы не зарекаются ни в России, ни в Китае
20 Апреля 2007
В советские времена осужденных нашим судом зарубежных граждан отправляли в Мордовию — в Леплейскую спецколонию для иностранцев. В 90-е руководство Федеральной службы исполнения наказания приняло решение разрешить отбывать уголовное наказание иностранным гражданам в тех регионах, где они были осуждены. Таким образом, на Дальнем Востоке, где легально и нелегально находятся десятки и сотни тысяч китайцев и северных корейцев, появились и осужденные из этих стран.

На Дальнем Востоке наши соседи отбывают наказание в колонии, расположенной в Амурской области. Администрация исправительных учреждений старается распределить иностранцев по отрядам равномерно, чтобы они не обособлялись в землячества. Пока их немного — численность позволяет это сделать. Что будет потом — неизвестно.

Кореец Ен Чун Сор осужден за то, что он разбил камнем голову владельцу владивостокской строительной фирмы. Корейским работягам не выплачивали зарплату три месяца, а директор предлагал тем, кого что-то не устраивает, возвращаться на историческую родину. Доведенный до отчаяния Ен Чун схватил кирпич и швырнул его в работодателя. Камень угодил боссу в голову, а через сутки он скончался. За свой поступок кореец схлопотал восемь лет и отправился отбывать срок в российскую зону. В КНДР его за это могли расстрелять без суда и следствия. Как это бывает в специализированных корейских предприятиях по заготовке леса, расположенных на территории Дальнего Востока.

То, что увидел в русской тюрьме кореец, поразило его. В лагерном магазине лежали бананы, конфеты, колбаса. Все это можно было купить за ту небольшую зарплату, которая шла зекам на «промке». Живший на родине в сельской местности Ен Чун только в зоне впервые в жизни стал спать на белой простыне и пить чай с сахаром. В отряде корейца определили в «мужики», как могли, научили «понятиям», делали скидку на происхождение и национальность.

Из своего срока Ен Чун отбыл уже шесть лет. Администрация подумывает о его условно-досрочном освобождении, только сам кореец категорически против этого. По закону, УДО для иностранцев возможно, если консульство пришлет письменную гарантию, что гражданин будет депортирован на родину. К огромной радости Ен Чуна, консульство пока молчит. Но на случай консульских гарантий у северокорейского зека есть план, который он не скрывает от сокамерников. В Корею ему нельзя. Репрессии обрушатся на всю семью. Лучше ему скрыться на территории России. Так Россия может прирасти еще одним гражданином.

Китайцы в отличие от северных корейцев значительно цивилизованнее. Хотя в области соблюдения прав человека к руководству КНР у международных наблюдателей есть масса вопросов. Перебежчиков из КНДР в Китае не принимают. За людей их считать тоже не принято. Если беглеца не застрелили свои же при переходе границы, то китайцы прикладами гонят его обратно, а при сопротивлении просто связывают и выбрасывают на сопредельную территорию. Корейцев даже в китайские тюрьмы не берут. В самой же Корее перебежчиков объявляют предателями, дают срок 25 лет или расстреливают.

Китайцы тоже рассматривают лагерь в Приамурье как лесной санаторий. По мнению прокурорских работников КНР, российская тюрьма не может наказать преступника, она слишком гуманна. В Китае пенитенциарная система носит карательный характер, а в России как это позиционируется, исправительный. В большинстве своем китайцы отбывают в России наказание за транспортировку наркотиков, но немало арестантов из Поднебесной и с тяжелыми статьями.

В 1999 году в Благовещенске произошло громкое убийство. В арендованной квартире были обнаружены трупы двух граждан КНР с признаками насильственной смерти. Местный уголовный розыск сразу решил привлечь к расследованию своих китайских коллег, так как на первый план была выдвинута версия, что убийцей также был гражданин КНР. Китайские сыщики установили, что жертвы — члены китайской этнической криминальной группировки (триады) под названием «Красный змей», и поначалу решили, что это внутримафиозные разборки. Однако вскоре выяснилась другая картина. Китайцев убил обманутый ими коммерсант Ху Тао. Правительство соседнего с Благовещенском округа Хэйхэ выделило на поимку преступника 40 тысяч юаней (5500 долларов США — приличная сумма для китайцев). В итоге подозреваемый был арестован. Так как убийство было совершено на территории РФ, китайца передали российским властям.

«2 декабря 2002 года между РФ и КНР был подписан «Договор о передаче осужденных для дальнейшего отбывания наказания». Он предусматривает возможность передачи заключенных в государство, гражданами которого они являются (при их добровольном и письменном согласии), за исключением приговоренных к смертной казни или пожизненному заключению. В передаче может быть отказано, если неотбытый срок наказания составляет менее года; если такая передача наносит ущерб суверенитету, безопасности, общественному порядку страны; а также в отношении лица, осужденного за совершение преступления, нанесшего ущерб государственной безопасности. В феврале 2006 года документ был ратифицирован Государственной думой РФ».

Гражданин КНР Ху Тао предпочел написать в прокуратуре Амурской области чистосердечное признание, только при условии, если его осудят и оставят отбывать срок в России. Убийца — образованный человек, закончил Хэйлунцзянский государственный университет и занимался бизнесом. Возил лес-кругляк из России в Китай, а обратно — ширпотреб (фарфор, детские игрушки, одежду). Во время очередной сделки его обманули соотечественники, и Ху Тао лишился бизнеса. Тогда обманутый предприниматель решил отомстить — выследил «кидал» (они жили в Благовещенске во втором микрорайоне) и убил их. Одного обидчика Ху Тао парализовал электрошокером и задушил, а второго с азиатской изощренностью «пошинковал» на куски ножом. Российский суд приговорил Ху Тао к 20 годам лишения свободы.

На родину Ху Тао, по его словам, не вернется никогда. Планирует после условно-досрочного освобождения, которое возможно произойдет через 13 лет, остаться в России, жениться, обзавестись детьми. В колонии китаец трудится в теплице — выращивает овощи для лагерной столовой. На родине в случае возвращения его ждет новый срок, но гораздо опаснее — триада не прощает убийства своих людей и мстит даже по истечении десятков лет. Так что еще на одного гражданина в России станет больше.

Между тем, сами триады рассматривают русские зоны как надежное место для сокрытия своих бойцов от возмездия. В Китае более 80 статей уголовного кодекса предусматривают в качестве наказания смертную казнь. Поэтому китайские убийцы, насильники и наркобароны предпочитают перебираться через границу к своему гуманному северному соседу и отсиживаться в российских зонах. А после теряться на бескрайних просторах России или перебираться в третью страну.

В дальневосточных отделениях милиции и прокуратурах уже не редкость встретить в униформе этнического китайца с гражданством РФ. Так было на Дальнем Востоке сразу после революции и гражданской войны, когда китайцев и корейцев было едва ли не больше россиян. Без этих людей оперативная работа просто невозможна — восточные соседи прочно дают 10 процентов местной преступности. И это с учетом, что большинство преступлений китайцами не афишируются, так как они предпочитают разбираться самостоятельно.

Рассказывают, однажды в УВД Амурской области пришел запрос Интерпола о розыске гражданина КНР Лю Суаня. Оперативник — этнический китаец сразу же разглядел в фотографии зека, который отбывал наказание в одной из дальневосточных исправительных колоний, хотя тот носил другое имя (это для нас все китайцы на одно лицо). Тем не менее, решили проверить — оказалось, все сходится, по приметам и отпечаткам пальцев — он. В сопроводиловке было сказано, что Лю Суань подозревается в пяти убийствах и незаконном обороте наркотиков. Оперативник, владевший китайским языком, а также, что самое главное, китайским менталитетом, довольно быстро понял кто перед ним.

Авторитет из триады «Ночные клинки» Лю Суань незаконно пересек российско-китайскую границу, имея при себе 25 граммов героина. При задержании пограничникам сопротивления не оказал, сразу признался в том, что является хозяином героина. Этого хватило на три года российского заключения. Прибывший в колонию китайский полицейский окончательно подтвердил личность преступника. КНР запросила возможность депортации мафиози согласно «Договору о выдаче осужденных». Но сам Лю Суань был категорически против депортации. Тогда сотрудник прокуратуры передал ему решение о возможности его условно-досрочного освобождения. Мало того, что китаец отказался от акта гуманности, на следующий день он ударил несколько раз заточкой одного из отрядных «обиженных». Не до смерти, а так, чтобы хватило еще на 5-6 лет жизни в российской тюрьме, так как в Китае члена триады ждала немедленная смерть.

Сыщики Хабаровского УВД вспоминают случай, когда на местной барахолке вспыхнула крупная драка. Наряд ОМОНа задержал 10 человек, все — граждане КНР. Еще двое оказались в больнице с серьезными ранениями из травматического пистолета. Было возбуждено уголовное дело. В Хабаровск прибыли китайские полицейские и, предъявив запрос, забрали с собой троих участников драки. А между делом рассказали, что эти трое — члены ОПГ, обиравшие челноков и давно разыскиваются следственными органами Китая. Через месяц хабаровские оперативники решили узнать о судьбе мафиози, могут ли их передать на время проведения следственно-процессуальных действий. В ответ пришел факс — преступники приговорены к смертной казни, приговор приведен в исполнение.

Пулю в лоб в Китае можно схлопотать за не самое тяжелое преступление. Для сравнения: в 2006 году судом города Тайюнь был приговорен к смерти 28-летний содержатель Интернет-ресурсов порнографического характера. По данным гособвинения, его сайты посетили более 600 тысяч пользователей, а всего он заработал около 1,5 миллиона долларов. Меняя доменные имена и сервер, где находились сайты, распространитель порнографии долго скрывался от правосудия. После апелляции, а, скорее всего, за обещание вернуть государству полученные нелегальные доходы парню смягчили наказание, изменив смертную казнь на пожизненное заключение.

В Китае в качестве воспитательной меры для населения практикуются публичные расстрелы преступников на стадионах. Более того, казни транслируются на больших экранах в центре города. Но публичная казнь — это удовольствие, которое еще нужно заслужить. Большинство китайских смертников гибнут не от пули и виселицы, а от скальпеля хирурга.

Китайская Народная Республика занимает первое место в мире по экспорту человеческих органов. Орган, изъятый у живого человека, имеет больше шансов прижиться у нового владельца, чем забранный у трупа. Соответственно — зачем терять деньги?! Органы вырезают у еще живых людей, приговоренных к казни, с минимальной анестезией. Доноры испытывают адские муки, когда им почти на живую вырезают печень, почки, роговицу глаза.

Год назад в самом Китае разразился скандал, связанный с публикацией материала о китайском концентрационном лагере Суцзятунь. Начиная с 2001 года, в этом лагере содержалось 6 тысяч последователей китайской секты «Фалуньгунь», объявленной в КНР вне закона. Сектанты были незаконно арестованы и помещены в лагерь. Их родственники понятия не имели, где они и что с ними. Между тем, у людей методично вырезали органы, а потом кремировали. Некоторые еще были живы и даже в сознании, когда их тела пожирал огонь. После обнародования статьи Запад потребовал от властей Китая провести проверку по изложенным фактам. Китайцы сначала допустили западных инспекторов в образцовые тюрьмы, а когда те сунули нос куда не надо — выдворили из страны и отказали в дальнейшем инспектировании. Так что на международное общественное мнение о правах человека в Китае китайским чиновникам наплевать.

Уголовный кодекс Китая подразумевает пожизненное заключение за транспортировку уже 50 граммов героина. За полкило — без разговоров — расстрел. Но это не останавливает наших граждан, желающих заработать. Обычно попадаются туристы, которым предлагают провезти пару пакетиков наркоты из России в Китай. Обыкновенно таким курьерам говорят, что китайские полицейские никогда не осматривают багаж русских туристов, беспрепятственно пропускают их в аэропорту и т.д.

В мае 2002 года в аэропорту Куньмина были задержаны три гражданки РФ: Соколова — 1951 г.р., Прохоренко — 1978 г.р., и Лямочкина — 1978 г.р. При досмотре китайские пограничники обнаружили в их багаже героин общим весом 1 кг 418 граммов. Наркотик был распределен между женщинами в равных долях. За такой вес китайский уголовный кодекс предусматривает две меры наказания — пожизненное заключение или смертную казнь. Российский консульский отдел на протяжении всего процесса хлопотал за своих граждан, в итоге три курьерши счастливо «отделались» пожизненным заключением. Теоретически вернуться домой они смогут лишь после 25 лет заключения при условии хорошего поведения. Под «Договор о выдаче» они не попадают. Но это все-таки лучше судьбы Елены Тимченко, осужденной в Китае за провоз наркотиков к казни с отсрочкой наказания в 2 года.

Под статью в Поднебесной россиянину можно попасть и за другие, менее тяжкие дела. В ноябре 2006 года на группу российских туристов в Муданьцзяне напали китайские грабители. Защищая себя и группу, экскурсовод ранил ножом одного из нападавших. Однако китайский суд по традиции признал россиянина виновным в превышении пределов необходимой обороны. Во избежание тюремного наказания родственники россиянина и консульский отдел предпочли заключить с китайским грабителем мировое соглашение — выплатить в качестве компенсации 10 тысяч долларов — баснословную по китайским меркам сумму. Экскурсовода отпустили, но прелесть китайской зоны он успел ощутить за три месяца, проведенные в ожидании суда. Напомним, что тюрьма в Китае носит не исправительный как в России, а карательный характер.

В тесных бетонных камерах сидят по 15-20 человек. В камере нет ничего, кроме параши, даже нар. Зеки спят прямо на полу. Одеяла, сложенные стопкой в углу камеры, разрешается брать только ночью. Еду приносят трижды в день. В меню входит плохо сваренная капуста в воде или подобие сорного риса. Большую миску ставят на пол и зеки едят из этой миски, как собаки, либо отливают в свою чашку (у кого она есть). Мяса не предусмотрено. Хлеб — кусочек в сутки. Возмущаться — себе дороже. За малейшую провинность — наказание. Часто надзиратели бьют арестантов просто так — от скуки, для профилактики. Бьют бамбуковыми палками, с оттяжкой и разной силой ударов.

Можно представить, во что превращается человек за четверть века подобного заключения. Поэтому нетрудно понять восторг китайских преступников, оказавшихся в российской зоне. Гораздо труднее «вытащить» из китайских застенков наших арестантов. Тем не менее, россияне активно обживают тюрьмы восточного соседа.

По материалам пресс-службы УВД Амурской области и Хабаровского края, издание «За решеткой», китайские источники