Пределы свидетельского иммунитета защитника


Пределы свидетельского иммунитета защитника
5 Июня 2007
Традиционной и до недавнего времени едва ли не единственной уголовно-процессуальной привилегией защитника была невозможность допросить его в качестве свидетеля. УПК РСФСР устанавливал, что защитник обвиняемого не мог допрашиваться в качестве свидетеля об обстоятельствах дела, которые стали ему известны в связи с выполнением обязанностей защитника (п.1 ч.2 ст.72 УПК РСФСР). При практическом применении этого закона выявилось, что существует, по крайней мере, два способа лишить защитника его свидетельского иммунитета. Во-первых, адвокат, к которому граждане обращались за юридической помощью, далеко не сразу вступал в дело в качестве защитника. Такой разрыв во времени с момента заключения соглашения с адвокатом и до его реального участия в деле был иногда весьма значительным. Это и позволяло допрашивать адвоката, еще формально не ставшего защитником, в качестве свидетеля и чаще всего – для того, чтобы исключить его участие в деле (ст. 67-1 УПК РСФСР).

Вторая возможность открывалась при толковании использованного в законе термина «обстоятельства дела». Того, в котором защитник участвует, или и других дел, которые возбуждаются в связи с основным и сопутствуют ему (преступления против правосудия и др.)? Естественно, что понимание свидетельского иммунитета защитника часто было ограничительным и сводилось лишь к уголовному делу, в котором он в качестве такового участвует.

Потребовалось вмешательство Конституционного Суда РФ, который в определении от 6 июля 2000 года по жалобе гражданина В.В. Паршуткина указал, в частности, на то, что нормы, содержащиеся в п.1 ч.2 ст. 72 УПК РСФСР и ст. ст. 15 и 16 Положения об адвокатуре РСФСР, в их конституционно-правовом смысле предполагают обеспечение конфиденциальности информации, которая получена адвокатом – независимо от времени и обстоятельств ее получения – в процессе профессиональной деятельности в рамках отношений с клиентом по оказанию ему квалифицированной юридической помощи.

Основываясь на этой позиции Конституционного Суда РФ, законодатель в новом УПК РФ запретил допрашивать в качестве свидетеля защитника подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с участием в производстве по уголовному делу (п.2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ). Правда, формулировка оказалась не совсем удачной, и ее пришлось уточнить Федеральным законом от 4 июля 2003 года. Сейчас не подлежит допросу в качестве свидетеля адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Но конституционно-правовой смысл нормы о свидетельском иммунитете защитника оказался связан не только с его правом не давать показания, но и, напротив, дать их в некоторых случаях. Определением Конституционного Суда РФ от 6 марта 2003 года по жалобе гражданина Г.В. Цицкишвили на нарушение его конституционных прав пунктом 2 части 3 статьи 56 УПК РФ установлено, что, освобождая адвоката от обязанности свидетельствовать о ставших ему известных обстоятельствах в случаях, когда это вызвано нежеланием разглашать конфиденциальные сведения, п.2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ вместе с тем не исключает его право дать соответствующие показания в случаях, когда сам адвокат и его подзащитный заинтересованы в оглашении тех или иных сведений. Данная норма также не служит для адвоката препятствием в реализации права выступить свидетелем по делу при условии изменения впоследствии его правового статуса и соблюдения прав и законных интересов лиц, доверивших ему информацию. В подобных случаях суды не вправе отказывать в даче свидетельских показаний лицам, перечисленным в ч.3 ст. 56 УПК РФ (в том числе защитникам обвиняемого и подозреваемого) при заявлении ими соответствующего ходатайства.

Одновременно Конституционному Суду пришлось решить еще один достаточно деликатный вопрос. Если адвокат заявил ходатайство о том, что он желает давать свидетельские показания по делу, и это ходатайство удовлетворено, то такой адвокат изменяет свой уголовно-процессуальный статус и по сути отказывается от принятой на себя защиты (ч. 7 ст.49 УПК РФ). Поэтому Конституционный Суд обратил внимание на то, что такой допрос возможен при согласии тех, чьих прав и законных интересов непосредственно касаются конфиденциально полученные адвокатом сведения. Тем самым Конституционный Суд фактически сформулировал правовую норму, поскольку действующее уголовно-процессуальное законодательство России не знает случаев, когда одно лицо допрашивалось бы в качестве свидетеля с согласия другого частного лица.

В связи с принятием определения Конституционного Суда РФ от 6 марта 2003 года возникает несколько вопросов, связанных с его практической реализацией и последствиями.

Первый вопрос – о возможности применения в этой ситуации ч.3 ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», которая устанавливает, что проведение следственных действий в отношении адвоката допускается только на основании судебного решения. Это правило носит категорический характер и не знает никаких исключений и изъятий. Правда, это предписание противоречит УПК РФ и зачастую игнорируется на практике со ссылкой на ч. 1 и 2 ст. 7 УПК РФ, запрещающих применять при производстве по уголовному делу федеральный закон, противоречащий УПК РФ. Однако, если принять во внимание, что и УПК РФ, и Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» имеют одинаковую юридическую силу и вступили в действие одновременно, то это может породить так называемое выборочное или «селективное» применение этих законодательных актов в зависимости от ситуации и соображений стороны обвинения. Как это ни странно, ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» может стать препятствием для допроса адвоката – защитника в качестве свидетеля в интересах его подзащитного в стадии предварительного расследования.

Второе возможное последствие выявления Конституционным Судом РФ конституционно-правового смысла нормы о свидетельском иммунитете защитника состоит, как представляется, в том, что оно может повлиять на тактику защиты некоторых категорий обвиняемых, для которых не является финансовой проблемой пригласить для участия в деле сразу несколько адвокатов. УПК РФ не ограничивает количество защитников – адвокатов у одного подозреваемого, обвиняемого или подсудимого. Вполне резонно предположить, что отдельные адвокаты, входящие в состав группы защитников, будут приглашены именно для того, чтобы стать в возможной перспективе свидетелями по уголовному делу, которые смогут подтвердить факты нарушения закона со стороны органов предварительного расследования.

А.Д. Прошляков д.ю.н., профессор,
заведующий кафедрой уголовного процесса
Уральской Государственной юридической академии